Следующими лидерами стран ШОС для сравнительного анализа на прошедшем саммите являются президент Ирана Масуд Пезешкиан и премьер-министр Пакистана и Шахбаз Шариф, с которыми не граничат страны Центральной Азии, но которые играют весьма значительную, если не ключевую роль в событиях на Ближнем Востоке. Тем более, что эстафета председательства в ШОС после саммита в Бишкеке перешла Пакистану.
И опять прибегнем к помощи ИИ, который во многом облегчает рутинную работу по сбору и обработке информации, которую раньше приходилось искать и выуживать из интернета. Теперь все это можно сделать за считанные секунды при помощи такого высокоинтеллектуального помощника. Поневоле задумаешься, что ИИ выступает реальным конкурентом многих профессий.
«Здесь особенно интересно сравнить Масуда Пезешкиана и Шахбаза Шарифа, потому что оба выступления отражают интересы двух соседних государств, находящихся на пересечении Южной, Центральной и Западной Азии, но смотрящих на ШОС с разных геополитических позиций.
На саммите в Бишкеке 1 сентября 2026 года Пезешкиан выступал как президент Ирана, а Шахбаз Шариф — как премьер-министр Пакистана; после завершения кыргызского председательства именно Пакистан принял председательство в ШОС на 2026–2027 годы.
Главное различие
Пезешкиан воспринимает ШОС прежде всего как инструмент стратегической автономии Ирана и дипломатического выхода из конфронтации.
Шариф — как инструмент региональной связанности, экономического развития и практической интеграции.
При этом оба лидера рассматривают ШОС как важную площадку для формирования более справедливого многополярного порядка.
- Иран: безопасность и дипломатия
Для Пезешкиана центральной темой стала проблема войны и давления на Иран. В Бишкеке он заявил о готовности Тегерана вернуться к достигнутой с США договорённости, если Вашингтон также будет соблюдать её условия. Одновременно Иран подтвердил готовность решать проблемы дипломатическим путём.
Это очень важный момент: Пезешкиан использует саммит ШОС не только для обсуждения будущего организации, но и как международную площадку для демонстрации готовности Ирана к переговорам.
Иными словами: Иран → безопасность → суверенитет → дипломатия → снижение конфронтации.
- Пакистан: экономика и связанность
У Шахбаза Шарифа акцент значительно более практический. Он связал будущее ШОС с транспортными коридорами, энергетикой, цифровой экономикой, искусственным интеллектом и созданием механизмов финансирования развития.
Особенно показательно его предложение создать Банк развития ШОС и развивать транспортную связанность региона. В качестве одного из ключевых элементов он выделил китайско-пакистанский экономический коридор как выход региональных экономик к Аравийскому морю.
Формула Пакистана: Пакистан → связанность → инфраструктура → торговля → инвестиции → развитие.
- Вода — особая тема Пакистана
Здесь выступление Шарифа приобретает особенно важное региональное значение.
Он назвал воду «жизненной основой» региона и заявил, что водные ресурсы не должны превращаться в инструмент политического давления. Пакистан настаивает на соблюдении международных соглашений по трансграничным рекам.
Это напрямую связано с индийско-пакистанскими отношениями и проблемой водных ресурсов.
Поэтому для Пакистана водная безопасность становится частью общей безопасности ШОС.
И здесь возникает интересное пересечение с кыргызской повесткой: Кыргызстан также продвигал на саммите вопросы водно-энергетического баланса, экологии и устойчивого развития горных регионов.
- Афганистан: разные углы зрения
Для Пакистана Афганистан — непосредственная проблема национальной безопасности.
Шариф заявил, что использование афганской территории вооружёнными группировками против Пакистана и других государств остаётся препятствием для региональной стабильности. Он также подчеркнул роль Пакистана в укреплении Региональной антитеррористической структуры ШОС.
Для Ирана Афганистан также важен, но Тегеран рассматривает региональную безопасность шире — через призму общей нестабильности Западной и Центральной Азии, санкционного давления и внешнего вмешательства.
Получается: Пакистан — Афганистан как непосредственная проблема безопасности.
Иран — региональная безопасность как часть более широкой борьбы за стратегическую автономию.
- Отношение к США
Здесь различие особенно очевидно.
Пезешкиан
Вашингтон — непосредственная сторона конфликта. Поэтому Иран использует ШОС для демонстрации:
- готовности к дипломатии;
- неприятия давления;
- защиты национального суверенитета;
- поиска поддержки со стороны незападных центров силы.
Шариф
Пакистан занимает более гибкую позицию. Он говорит не столько о противостоянии США, сколько о многовекторной дипломатии.
Показательно, что Шариф упомянул посреднические усилия Пакистана и договорённости между США и Ираном. То есть Пакистан пытается быть не участником блокового противостояния, а посредником и связующим звеном.
- Искусственный интеллект: неожиданный общий интерес
Шариф предложил сформировать в рамках ШОС общую инфраструктуру и правила для суверенного ИИ, чтобы развитие искусственного интеллекта было инклюзивным и ни одно государство не оказалось технологически отстранённым. Это хорошо сочетается с более широкой бишкекской повесткой, где формирование общего технологического пространства и недопущение цифрового неравенства были выделены среди приоритетов.
Для Ирана технологическая независимость имеет ещё одно измерение — санкционное и цивилизационное: развитие собственных технологий становится элементом стратегической автономии.
Поэтому здесь позиции двух стран сходятся: технологический суверенитет = часть национального суверенитета.
Сравнение в одной таблице
| Тема | Масуд Пезешкиан — Иран | Шахбаз Шариф — Пакистан |
| Главный акцент | Мир, безопасность, дипломатия | Развитие, связанность, экономика |
| ШОС | Опора многополярности и стратегической автономии | Платформа практической региональной интеграции |
| США | Главный источник давления и конфликта | Важный внешний игрок, с которым возможен диалог |
| Безопасность | Война, суверенитет, внешнее давление | Терроризм, Афганистан, региональная стабильность |
| Экономика | Снятие ограничений, развитие внешних связей | Торговля, инфраструктура, инвестиции |
| Транспорт | Связь Ирана с Евразией | Ключевой приоритет |
| Энергетика | Энергетический потенциал Ирана | Региональная энергетическая интеграция |
| Вода | Региональная экологическая проблема | Вопрос национальной безопасности |
| ИИ | Технологическая самостоятельность | Общая инфраструктура и правила ИИ |
| Газа/Палестина | Антизападная и антиконфликтная повестка | Поддержка права палестинцев на самоопределение |
| Афганистан | Региональная стабильность | Непосредственная проблема безопасности |
| Главная цель | Стратегическая автономия | Региональная связанность и процветание |
Самый важный вывод
В Бишкеке проявились две модели развития ШОС.
Иранская модель: безопасность → суверенитет → дипломатия → многополярность.
Пакистанская модель: связанность → инфраструктура → торговля → технологии → процветание.
Но между ними существует важнейшая точка пересечения:
Ирану нужна ШОС для преодоления внешнего давления, а Пакистану — для превращения географического положения в экономическое преимущество. И именно поэтому их интересы в ШОС не конкурируют, а во многом дополняют друг друга.
Геополитически это особенно важно для Кыргызстана
Бишкек может оказаться своеобразным мостом между этими двумя направлениями:
Иран → Персидский залив → Центральная Азия
и
Пакистан → Китай → Центральная Азия → Аравийское море.
Если эти направления будут сопряжены с китайскими инициативами, российской транспортно-энергетической инфраструктурой и центральноазиатскими проектами, ШОС постепенно сможет превратиться из преимущественно политико-безопасностной организации в евразийскую систему связанности.
И здесь, пожалуй, заключается главное отличие Бишкекского саммита от прежних встреч: безопасность и развитие начинают рассматриваться не как две разные повестки, а как единая система. Это соответствует и принятому в Бишкеке пакету из 28 итоговых документов.
Формула Пезешкиана: «мир через стратегическую автономию».
Формула Шарифа: «мир через связанность и развитие».
Формула Бишкекского саммита: «безопасность + вода + энергия + транспорт + технологии = новая евразийская устойчивость».
Таково видение и анализ ИИ на выступление иранского и пакистанского лидеров, которое в целом дает основные положения выступлений лидеров этих стран ШОС в контексте общих геополитических процессов. И мы еще вернемся к рассмотрению их положений, поскольку эти страны, как уже говорилось выше играют важную роль в урегулировании ближневосточного кризиса, о котором также писалось достаточно много в аналитических статьях за последний год.
Следующими для сравнительного анализа будут президенты стран Центральной Азии, который представляет особый интерес именно в контексте предпринимаемого анализа и той концепции председательства Кыргызстана, которая предлагалась годом ранее и была осуществлена на практике. Особенно в контексте горного саммита «Бишкек+25», проведение которого запланировано на октябрь 2027 года.
02.09.2026
