Беседовал Рахат БЕЙСЕБАЕВ
Кок-бору — не просто зрелищная конная игра, а национальное достояние Кыргызстана, воплотившее силу духа народа, отвагу всадников и многовековые традиции. Гостем подкаста Информационно-издательского дома «Кыргыз Туусу» стал генеральный секретарь Международной ассоциации кок-бору, генеральный секретарь Союза спортивных федераций Кыргызской Республики, член Национального олимпийского комитета Кувватбек Усенбаевич Аскарбеков. В беседе с ведущим Рахатом Бейсебаевым он вспомнил свой путь из бокса в кок-бору, раскрыл особенности формирования команд, рассказал о значении лошади и работе тренеров, вопросах финансирования и безопасности. Отдельное внимание было уделено сотрудничеству со спортивными партнёрами из Казахстана, итогам Всемирных игр кочевников, а также перспективам сохранения и продвижения кок-бору на международной арене. Видео подкаста смотрите на нашем YouTube-канале.
— Кувватбек Усенбаевич, спасибо, что нашли время для этой беседы. Учитывая количество ваших должностей, можно представить, сколько времени требуют обязанности в разных направлениях спорта. Я знаю, что в юности вы серьёзно занимались боксом — жёстким единоборством. Скажите, бокс в юности повлиял на то, кем вы сегодня стали?
— Спорт в целом, я уверен, сильно влияет на характер человека, особенно мужчины. Считаю, что каждый парень должен заниматься спортом. Более того, думаю, что он должен пройти и службу в армии. Дисциплина формирует характер и привычки, поэтому для мужчины она особенно важна.
Бокс — мой любимый вид спорта. Каким бы спортом я ни занимался и каким бы ни руководил, бокс всё равно остаётся глубоко в моей душе. Это интеллектуальный вид спорта, который формирует характер. Думаю, каждый, кто всерьёз занимался боксом, понимает, что это действительно так.
Боксёр должен очень быстро думать, сохранять хладнокровие и выдержку. Например, ожидая атаки соперника, ты уже должен знать, как будешь реагировать и контратаковать. На принятие решения отводятся доли секунды. Поэтому бокс учит как стратегически мыслить, готовиться к бою и изучать соперника, так и тактически действовать — быстро ориентироваться непосредственно во время поединка.
— То есть бокс оказал всё-таки влияние на формирование вашего профессионального пути?
— Да, потому что мой личный тренер Николай Павлович Голованов, которого уже нет в живых, всегда мне говорил: «Если у тебя в жизни ничего не получится, то из тебя хороший тренер выйдет. Я тебе этого не желаю никогда, но имей в виду, что из тебя хороший тренер выйдет». Я и сам в своё время ребят тренировал. Я люблю ставить руки боксёрам. Причём работаю уже не по советской, а по американской школе. В принципе, за две-три недели я могу любому человеку, у которого есть какая-то спортивная база, поставить руки.
— Кувватбек Усенбаевич, бокс — это единоборство, а кок-бору — командная игра, в которой, помимо хорошей физической подготовки, особенно важно взаимодействие между игроками. Как вы пришли из бокса в кок-бору?
— Боксом я занимался до двадцати лет, выполнил норматив кандидата в мастера спорта. Рано женился, затем появились семья, бизнес — стало уже не до любительского или профессионального бокса.
В кок-бору я попал совершенно случайно. Возможно, так было предопределено свыше. Дело в том, что я городской житель, мои родители тоже выросли в городе: мама училась в школе №6, папа — в школе №61. К своему стыду, я тогда практически не знал родного языка и не говорил на нём.
Однажды я проезжал по улице, где находился ипподром «Ак-Кула», увидел происходящее и подумал: «Что там творится? Что за дикие вопли?» Хорошо помню свою реакцию. Возможно, та мысль, образно говоря, ушла в космос, а затем вернулась ко мне.
Мне тогда было около тридцати лет. Примерно в это же время позвонил один хороший знакомый и сказал: «Ты хорошо общаешься с одним бизнесменом». Они оба были выходцами из Иссык-Кульской области. Он попросил: «Поговори с ним. Ребятам из Иссык-Кульской области нужен президент областной федерации, который поддерживал бы кок-бору. Бюджет такой-то». Я согласился и переговорил с этим бизнесменом. Он попросил дать ему время до вечера, а затем перезвонил и сообщил, что согласен.
В его пансионате я организовал съезд. До этого ребята приехали ко мне и показали документы: мятый устав, копию свидетельства и старую печать. Я прочитал устав и понял, как изнутри должна работать система. При этом самого кок-бору до того момента ни разу не видел. Слышал, что такая игра существует, но совершенно не представлял, как она проходит.
На съезде я всё подробно, по пунктам, объяснил собравшимся. Людей было много. Президента федерации избрали, а затем один аксакал сказал: «Балам, ты, оказывается, хорошо разбираешься в документах. Среди нас таких людей мало». Согласно уставу, после президента шли первый вице-президент и вице-президент. Первый отвечал за документы и финансы, второй — за работу с командой. Аксакал предложил: «Ты как раз подходишь на должность первого вице-президента. Давайте проголосуем за тебя». Так меня и избрали.
Наступило лето. Мы начали готовиться к Кубку президента, а затем к Играм кочевников. Постепенно эта работа меня увлекла. Однако через два месяца избранный президент ушёл. Он сказал: «Что-то слишком много денег уходит. Я на это не рассчитывал». Мне пришлось взять ответственность на себя, и я стал исполняющим обязанности президента федерации.
Впервые в истории привёз областную сборную на республиканский турнир. Тогда я даже не знал, где заказывать форму. Поехал на «Дордой», купил белые футболки, сделал трафареты и приобрёл баллончик с фиолетовой краской.
Помню, ночью приехал в частный дом, который сняли ребята. Обычно команды стараются арендовать такой дом, чтобы все игроки могли разместиться вместе. Я принёс футболки и трафареты и сказал: «Давайте, пишите». На форме нужно было нанести надпись «Иссык-Куль» и номера от 1 до 12. Ребята работали ночью, а утром вышли на поле в белых футболках с номерами на спинах, нанесёнными через трафарет фиолетовой аэрозольной краской.
В первых играх счёт был крупным — точно уже не помню, возможно, 7:0 или 8:0. Помню, как накануне зашёл к ребятам и, словно в голливудском фильме, произнёс речь, хотя сам до этого ни разу не видел игру: «От вас никто ничего не ожидает. Главное — играйте, не падайте духом и покажите хорошую игру».
— Но вы уже понимали, насколько это опасная игра. Судя по вашему рассказу, всё начиналось с голого энтузиазма, личной выдержки и огромного желания. Наверное, в какой-то момент вы осознали, что уже не можете оставить этот вид спорта без внимания в том состоянии, в котором он тогда находился.
— Это затягивает. Особенно сильно увлекают командные виды спорта. Начатое уже не можешь оставить. Появляются новые планы, цели. Ребята постоянно жаловались: «Мы ходим к разным бизнесменам, просим о помощи, но нас никто не поддерживает».
Я отвечал: «Дело не в этом».
Ко всему подхожу с точки зрения маркетинга и прагматичности, поэтому объяснял им: «Нельзя один раз прийти на турнир, проиграть, уйти и больше не захотеть играть. Мы будем участвовать во всех чемпионатах. Будем проигрывать, но всё равно будем выходить на поле».
И дело было не просто в «кур намысе» («тщеславие» — Прим. ред.), а в том, что команда должна постоянно оставаться на виду. Ведь если завтра я обращусь к бизнесмену за поддержкой, он может спросить: «А где твоя команда? На что тебе давать деньги?»
Я хотел, чтобы мы постоянно участвовали в соревнованиях и о нас знали. Тогда это могло задеть чувство намыса («честь» — Прим. ред.) у выходцев из Иссык-Кульской области. Люди увидят команду по телевизору, заметят, что она каждый раз выходит на поле, пусть пока и проигрывает, и поймут: ей нужно помочь. Такой была моя тактика.
— Да, кстати о команде. Ведь это очень дорогой вид спорта. Лошадь, по сути, это не инвентарь и не инструмент.
— Это ребёнок.
— Лошадь — это партнёр, вместе с которым игрок добивается успеха. Расскажите, как подбирают лошадей для кок-бору? Кому они принадлежат: самим игрокам или федерации?
— Здесь всё очень сложно и индивидуально. У игроков редко бывают собственные лошади. Как правило, обеспечивает команду лошадьми её руководитель, а подбором занимаются руководитель и тренер.
В наших профессиональной и полупрофессиональной лигах выступает около 30 команд. У каждой есть руководитель и от 12 до 20 лошадей, которых необходимо кормить три раза в день. Их основной рацион — сено и пшеница. Для руководителя команды лошадь — словно ребёнок, а для игрока — партнёр.
— А где федерация берёт ресурсы?
— Федерация подбирает таких руководителей в районах, в сёлах, которые горят этим делом, которые хотят его развивать и вкладывают свои деньги.
— Сколько сегодня стоит содержание игрока, игровой лошади и команды в целом?
— Сейчас мне сложно назвать точную сумму, поскольку уже несколько лет я не занимаюсь внутренними делами команд. Всё индивидуально. Если говорить о высшей лиге, то средняя зарплата игрока составляет от 10 до 15 тысяч долларов в год. При этом в течение года проходят всего три основных турнира: на Нооруз, 9 Мая и Кубок Президента. Если условно разделить годовой заработок по месяцам, получается около 60-70 тысяч сомов в месяц у одного спортсмена.
— А зарплата у игроков дифференцированная или у всех одинаковая?
— Нет, там же контрактная система.
— Вы назвали сумму от 10 до 15 тысяч долларов в год. Это минимальная и максимальная зарплата игрока?
— Для высшей лиги, да. Но именитые игроки могут и больше получать.
— Слышал, что стоимость лошадей ведущих спортсменов составляет около 100 тысяч долларов. Это действительно так?
— Лошади, на которых выступают наши ведущие спортсмены, — игроки национальной сборной, не имеют цены. Они не продаются. Более того, мы не продаём даже лошадей второго и третьего составов. На продажу может быть выставлена разве что лошадь четвёртого состава.
— То есть в команде есть тот, кто занимается непосредственно тренировкой игроков, и тот, кто тренирует лошадей?
— Да, обязательно. Физподготовка отдельно, саяпкер и тренер по тактике отдельно.
— Можете приблизительно сказать, сколько в год уходит на содержание команды с учётом зарплат игроков, содержания лошадей и проведения учебно-тренировочных сборов?
— Для примера возьмём прошедшие Всемирные игры кочевников. Международная ассоциация кок-бору потратила на учебно-тренировочные сборы одной команды около 500 тысяч сомов. Речь идёт о двух-трёх неделях подготовки перед соревнованиями.
Согласно положению, днём заезда было определено 29 августа, однако всем участникам мы рекомендовали прибыть заранее. Это было необходимо для того, чтобы спортсмены прошли хотя бы минимальные сборы, а игроки и лошади успели адаптироваться. Лошадей предоставляли мы.
Для нас было очень важно добиться максимальной зрелищности всех матчей, а не только игр с участием сильнейших сборных. Мне никогда не было принципиально, кто именно победит. Главное, чтобы игры проходили зрелищно, без травм, а новые члены Международной ассоциации кок-бору, например, Соединённые Штаты, Венгрия или Китайская Народная Республика, смогли, как мы говорим, в полной мере «заразиться вирусом» кок-бору. Чтобы они прочувствовали его динамику и драйв, особенно в моменты атаки и броска в тайказан. Ощущения от результативного броска трудно передать словами, ведь выполнить его действительно непросто.
Помню, в 2016 году я приехал на Иссык-Куль, где сборная проходила учебно-тренировочные сборы перед Играми кочевников. Я привёз форму и занимался решением финансовых вопросов. Увидев, как тренируются спортсмены, я был очень расстроен. Мне это даже казалось смешным: мы, боксёры, уже во время разминки обливались потом, а они бегали по горам, поднимали камни, играли в футбол и даже не потели. Я тогда постоянно возмущался.
Позже я и сам начал играть в кок-бору. Мне было важно говорить на одном языке со спортсменами, тренерами и руководителями, а также заслужить их уважение. Поначалу мне говорили, что я ничего не понимаю в кок-бору. Ко мне относились предвзято. Но со временем люди увидели, что как менеджер я хорошо выполняю свою работу.
— Получается, благодаря стечению обстоятельств вы не просто пришли в кок-бору, а по-настоящему пропустили этот спорт через себя, прочувствовав его не только эмоционально, но и физически.
— Да, причём в самом буквальном смысле. Мне пришлось испытать на себе и физическую сторону этой игры, поскольку за годы занятий я получил немало травм. Однажды во время игры лошадь резко задела меня зубами, и удар пришёлся прямо по лицу.
— Кто оплачивает лечение спортсменов: федерация, руководители команд или сами игроки?
— За лечение отвечают руководители команд. Если спортсмен получает серьёзную травму, федерация тоже оказывает финансовую помощь.
— Бокс — это единоборство, а кок-бору — командная игра. Однако и здесь большое значение имеют личные, прежде всего лидерские качества спортсмена. Может ли один сильный игрок или даже одна лошадь повлиять на результат всей команды? Где проходит граница между командной игрой и индивидуальным мастерством?
— Конечно, может. И один игрок, и одна лошадь способны изменить ход встречи. Как говорится, и один в поле воин. Я в это верю.
Но грань здесь очень тонкая. Бывали случаи, когда более слабая команда побеждала благодаря правильно выстроенной тактике. Например, вся команда сосредотачивалась на обороне, а одного игрока специально готовили к внезапной атаке. В высшей лиге были финалы, завершавшиеся со счётом 1:0. Причём решающий гол забивал не нападающий, а защитник — это было частью заранее подготовленной тактики.
Не нужно думать, что раз кок-бору является национальным видом спорта, то здесь всё делается на авось. Это очень тонкая игра, в которой работают настоящие профессионалы. Они точно знают, что делают. Заранее определяют, для каких задач подходит та или иная лошадь, какого спортсмена на неё посадить и какую тактику выбрать для конкретного состава команды.
— Насколько я вас понял, успех в кок-бору определяется тонким сочетанием личных качеств игрока, его выдержки, слаженности всей команды и возможностей главного партнёра — лошади. Скажите, как часто меняется состав национальной сборной по кок-бору или он остаётся стабильным?
— Состав меняется. Как и в любом другом виде спорта, всё зависит от формы игрока. Если в этом году он не готов должным образом или для него не удалось подобрать подходящую лошадь, то он не сможет участвовать в соревнованиях.
Нужно понимать, что лошадь — это не просто партнёр. Многие считают, что от неё зависит около 70% успеха команды. Каким бы физически сильным ни был спортсмен, если ноги не держат его и не ведут туда, куда нужно, от мускулов не будет никакой пользы.
Лошадь — тот самый партнёр, который во многом определяет ход игры. Как практикующий улакчы, я уверен в этом на 100%. Доли секунды, за которые ты должен успеть поднять улак, оторваться от соперника или выполнить бросок, во многом зависят именно от лошади. Если сегодня я играл плохо, а завтра выступил лучше, значит, дело прежде всего в лошади.
— Недавно с большим успехом прошли Всемирные игры кочевников, кульминацией которых стали финальные встречи по кок-бору и кокпару. Оба вида были представлены и на предыдущих Играх в Астане. Кувватбек Усенбаевич, учитывая огромную популярность кок-бору в нашей стране, насколько сегодня развита необходимая инфраструктура: стадионы, зрительские места и другие условия для проведения соревнований?
— Если говорить откровенно, соответствующей инфраструктуры у нас практически нет.
— Я не случайно задал этот вопрос. Однажды в кругу друзей мы заговорили о развитии футбола. Сегодня в стране строится немало стадионов как с натуральным, так и с искусственным покрытием. И это хорошо. Мой сын занимается им уже семь лет. Однако даже при таком строительстве у нас по-прежнему не хватает полей с натуральным покрытием. Не у каждой команды есть собственное полноценное поле и база, где можно тренироваться зимой.
В том разговоре прозвучало спорное мнение, что футбол якобы на ментальном и даже генетическом уровне не подходит азиатам и что, сколько бы они не играли, им будет трудно добиться успехов европейских команд. В связи с этим возник другой вопрос: может быть, Кыргызстану стоит сделать ставку на кок-бору и стать законодателем моды именно в этом виде спорта? Если хоккей ассоциируется с Канадой, а футбол с Европой, то кок-бору должен ассоциироваться с Кыргызстаном и стать нашей отличительной чертой. Это помогло бы решить вопросы популяризации и заполняемости стадионов.
На последних Всемирных играх кочевников я видел, с каким интересом за кок-бору наблюдали американцы и иностранные журналисты, как они восхищались этой игрой. Как вы считаете, есть ли основания для подобных разговоров о перспективах футбола и кок-бору в нашей стране?
— Я очень люблю и хорошо понимаю футбол с тактической точки зрения. Более того, футбол помогал и до сих пор помогает мне прогнозировать победителей и даже точный счёт финальных матчей по кок-бору. Во время игры я вижу сильные и слабые стороны каждой команды.
Однако футбольные стадионы не подходят для кок-бору по своим параметрам. Длина футбольного поля составляет примерно 106 метров, тогда как площадка для кок-бору должна быть длиной 200-220 метров и значительно шире.
Что касается передачи стадионов, как спортивный функционер, могу сказать одно: патриотизм заключается не в том, чтобы бегать с флагом, повсюду называть себя патриотом, пожертвовать кому-то небольшую сумму или выступить по телевидению и в социальных сетях. На мой взгляд, патриотизм должен быть гораздо глубже.
Настоящий патриотизм — это умение вывести своё национальное достояние на мировую арену. И речь идёт не только о спорте. Мы должны представить миру свои ценности и сделать так, чтобы их научились понимать, ценить и любить. Это могут быть спорт, национальная кухня, культура, архитектура или другое.
Я не раз говорил о том, что если мы хотим идентифицировать себя как сформировавшееся государство и общество, то должны продвигать собственные ценности. Одна из них — кок-бору.
Возьмём футбол или другой вид спорта, пришедший к нам из западной культуры. Мы тратим огромные средства на его развитие — миллиарды долларов на инфраструктуру, тренеров, трансляции и права. Эти деньги в итоге уходят из карманов людей, живущих здесь, которые фактически оплачивают чужую спортивную идеологию. Я же считаю, что мир должен платить нам за продвижение нашей национальной идеи.
Для этого в Бишкеке необходимо построить большой ипподром на 30-35 тысяч зрителей, с современной спортивной базой и просторной парковкой. На его территории могли бы разместиться торговый центр, детская площадка, магазины и рестораны.
— Ведётся ли уже работа над реализацией такого проекта или пока это только идея?
— В этом году президентом Международной ассоциации кок-бору избран Талант Шадимуратович Кенжеев — сооснователь одной из строительных компаний. Сейчас я стараюсь с точки зрения маркетинга «заразить вирусом» кок-бору и представителей строительного бизнеса.
Строить жилые дома — это хорошо, но дом построил, продал и получил разовый доход. Я хочу, чтобы мы построили ипподром, который будет приносить постоянный доход. По нашим расчётам, он окупится за семь лет, после чего сможет ещё долгие годы обеспечивать средствами развитие спорта и одновременно укреплять национальную идентичность.
В дальнейшем подобные ипподромы можно было бы построить в Ашхабаде, Худжанде, Намангане, Ташкенте, Алматы, а также в России, Венгрии, Турции, США и странах Европы. Эти объекты смогут окупаться, потому что кок-бору — зрелищный вид спорта, который к тому же стал безопаснее.
Кроме того, в кок-бору есть свои ворота — тайказаны. Это соответствует главному спортивному принципу: результативный бросок в ворота не вызывает споров. Именно наличие собственных ворот — одна из главных особенностей кок-бору.
— Мы говорим о нынешнем состоянии и перспективах кок-бору, но не можем обойти и одну из самых болезненных страниц в истории этого вида спорта. Во время матча спортсмен Мирлан Сраждинов получил травму, ставшую причиной его гибели. Как вы лично и федерация пережили эту трагедию? После случившегося соревнования были приостановлены. Насколько необходимым было такое решение?
— Мы все до сих пор скорбим по Мирлану Сраждинову. И не только потому, что он был нашим соотечественником. Мирлан был личностью, человеком с большой буквы и с большой душой. Он был старше меня, но даже когда по работе возникали разные ситуации и я повышал на него голос, никогда не слышал от него плохого слова — ни в свой, ни в чей-либо ещё адрес. Это был человек с золотым сердцем.
На момент трагедии я уже работал в Международной ассоциации кок-бору. Ранее, когда федерация открывала вторую лигу (помимо высшей и первой), я выступал против.
Кок-бору — профессиональный спорт, в котором, на мой взгляд, не могут и не должны выступать начинающие спортсмены. Для них существует жер улак, где они могут набираться опыта. К сожалению, все последние резонансные события в кок-бору были связаны именно со второй лигой. В их числе и трагедия с Мирланом.
К сожалению, в регионах ежегодно происходят десятки подобных опасных эпизодов. Когда мне говорят, что кок-бору — жестокая и травмоопасная игра, я всегда отвечаю: «Во-первых, это первый подобный случай за 30 лет. Во-вторых, именно федерация переводит древнюю национальную игру в современный спортивный формат».
Если убрать федерацию, подобные случаи не прекратятся. В сёлах и регионах с началом сезона на поля ежедневно выходят около 25 тысяч всадников. Задача федерации, напротив, заключается в том, чтобы направить национальную игру в организованное спортивное русло, где действуют правила, чёткие ограничения и требования безопасности, работают профессиональные судейские бригады. Поэтому человеческий фактор в данном случае нельзя связывать с самим кок-бору.
После трагедии соревнования действительно были приостановлены. Я считаю, что это было правильное решение. Спортсменам необходимо было остановиться и серьёзно задуматься о случившемся.
— Отдельной темой стали спортивные отношения Кыргызстана и Казахстана. В средствах массовой информации я видел ваше выступление на товарищеском матче команд U23 «Талас» — «Шымкент». С какой целью была организована эта встреча и как она завершилась?
— В начале марта состоялся конгресс Международной ассоциации кок-бору, на котором новым президентом был избран Талант Кенжеев. Мы пригласили членов ассоциации, в том числе представителей Республики Казахстан. В Национальной федерации Казахстана также сменилось руководство. Мы познакомились, обменялись мнениями, и между нами начался новый конструктивный диалог.
Сегодня нам удаётся находить общий язык как со Всемирной ассоциацией кокпара, так и с Национальной федерацией кокпара Казахстана.
У нас сформировалось общее понимание того, что кок-бору и кокпар должны прежде всего развиваться как современные виды спорта. Как и в любых других спортивных дисциплинах, команды проводят матчи, выезжают на соревнования, одерживают победы и терпят поражения. Это естественная часть спорта.
На ближайшие два года мы запланировали ряд совместных мероприятий, направленных на укрепление спортивного сотрудничества и формирование уважительного отношения к результатам соревнований. В спорте побеждает сильнейший, а сильнейшим становится тот, кто больше трудится и лучше готовится.
Первым шагом стала товарищеская встреча, организованная 9 мая в рамках турнира в Таласе. Матч завершился со счётом 10:3 в пользу сборной Таласа.
— После ярких финалов в Астане и на последних Всемирных играх кочевников в социальных сетях появлялось немало эмоциональных комментариев в адрес обеих команд. Иногда спортивное соперничество выходит за пределы игрового поля и отражается на отношениях между болельщиками. Что бы вы хотели сказать читателям и зрителям о том, как следует воспринимать победы и поражения, сохраняя уважение и многовековую дружбу между народами Кыргызстана и Казахстана?
— Международная ассоциация кок-бору уделяет этому вопросу особое внимание. Мы должны развивать национальные игры как современные виды спорта и продвигать их на мировой арене. А для этого необходимы сильные соперники. Чем выше конкуренция, тем быстрее развивается спорт, растёт мастерство игроков и повышается зрелищность матчей.
Мне бы хотелось, чтобы болельщики не переносили эмоции, вызванные результатом игры, на отношения между народами. При этом никто не ставит под сомнение национальные истоки и историческую ценность кок-бору и кокпара. Наши предки веками играли в эти игры, а народы Кыргызстана и Казахстана на протяжении веков сохраняли братские и добрососедские отношения. Спортивный результат не должен влиять на эту дружбу.
На ближайшие два года мы разработали большую программу, и прошедшие Всемирные игры кочевников показали, что движемся в правильном направлении. Представители казахстанской стороны — судейский корпус, руководители национальной и международной ассоциаций — достойно восприняли результаты соревнований и поблагодарили организаторов. Обсуждение матчей среди болельщиков также стало более сдержанным и уважительным. Многие отмечали хорошую подготовку кыргызстанской команды и признавали труд, вложенный в победу.
Думаю, последовательная реализация нашей программы позволит добиться ещё больших изменений. Мы ведём разъяснительную работу с журналистами и блогерами, призываем их ответственно относиться к публикациям, не подогревать противоречия и помнить, что спорт должен объединять людей, укреплять взаимное уважение и дружбу между народами.
— Если международные спортивные организации предложат кок-бору олимпийское признание, но потребуют смягчить контактность игры и изменить её формат, где для вас пройдёт красная черта? От чего можно отказаться, а что необходимо сохранить, чтобы кок-бору не утратил свою зрелищность и философию?
— Я много раз над этим размышлял. Думаю, красную черту в конечном итоге определит сама практика. Для меня она не является заранее установленным ограничением. Как говорится, всё находится во власти Всевышнего, поэтому я готов рассматривать разные варианты развития.
Многое будет зависеть от зрительского интереса, маркетинга, динамики и зрелищности игры — как и в любом другом виде спорта. Проблема заключается в том, что кок-бору как современный спорт ещё достаточно молод, и у нас нет готового примера, по которому можно было бы выстраивать его развитие.
Если мы продолжим двигаться поступательно, то со временем необходимые границы определятся сами. Но зрелищность должна остаться обязательно, как и философия кок-бору.
— Сегодня растёт поколение, увлечённое UFC, киберспортом и короткими видео в социальных сетях. Молодым людям предлагается множество динамичных и эмоционально насыщенных зрелищ. Как генеральный секретарь Международной ассоциации кок-бору, чем бы вы заинтересовали современного 18-летнего джигита, чтобы привлечь его внимание к национальной игре?
— Специфика кок-бору прежде всего связана с лошадьми. Например, в программу Олимпийских игр входят конные дисциплины, в том числе конкур. Однако конный спорт невозможно сделать массовым в том же смысле, что и многие другие виды спорта. Мы и не ставим перед собой такую задачу.
За годы работы я пришёл к одной концепции — нам необходимы собственные ипподромы и профессиональная лига. Только такой путь даст импульс развитию конного спорта, повысит зрелищность соревнований и создаст устойчивую экономическую основу. Это три опоры, на которых может развиваться кок-бору.
Безусловно, такие зрелищные направления, как UFC, продолжают расширять свою аудиторию. Но если вы спросите моё личное мнение, то я не являюсь сторонником UFC. В традиционном понимании спортивного поединка лежащего соперника не бьют, тогда как здесь удары продолжают наноситься и в партере. Поэтому я воспринимаю UFC как особую профессиональную лигу, у которой есть своя ниша и своя аудитория, но не считаю, что её следует превращать в массовый вид спорта.
— Кувватбек Усенбаевич, прежде мне не доводилось по-настоящему погрузиться в атмосферу кок-бору. Но на Всемирных играх кочевников, проходивших в урочище Кырчын, Чолпон-Ате и на других площадках, я принципиально решил посмотреть финалы по кок-бору и кокпару. И был приятно удивлён.
Я увидел напряжённую борьбу, столкновения лошадей, услышал крики игроков, начал понимать, как они ориентируются на поле и выстраивают тактику. Для меня эти финалы стали настоящей кульминацией Игр. То, что прежде удавалось видеть лишь урывками по телевизору, вживую воспринималось совершенно иначе.
Тогда мне показалось, что наша сборная находится на пике формы. И дело не только в результате — победе со счётом 12:0 в кок-бору и убедительном выступлении в кокпаре. Если проследить путь этого вида спорта от первых этапов его становления до VI Всемирных игр кочевников, то становится очевидным огромный прогресс. Какой вы видите нашу команду через 10-15 лет? Можно ли считать, что сегодня она достигла пика своего развития, и удастся ли сохранить достигнутый уровень?
— Я не могу говорить от имени сборной Кыргызской Республики.
Но в любом командном виде спорта меняются составы и поколения. Это происходит даже в футбольных сборных Испании, Франции, Германии и Италии. Сегодня, например, не лучшие времена переживают команды Италии и Германии. От смены поколений не застрахован и кок-бору.
Сейчас этот процесс уже начинается, и в республике понимают его важность. В Таласской области проходит молодёжный чемпионат U22, который помогает выявлять перспективных игроков и готовить резерв.
Кок-бору — очень дорогой вид спорта, поэтому его дальнейшее развитие невозможно без серьёзных инфраструктурных проектов. Надеюсь, что в течение ближайших 15 лет, дай Бог нам здоровья и возможностей, мы реализуем хотя бы один-два таких проекта. Они должны стать базой и стержнем дальнейшего развития кок-бору.
Главной отличительной особенностью нашей игры остаётся тайказан, и от него мы отказываться не намерены. Именно он должен стать символом, который приведёт кок-бору в новую эпоху.
— Сегодня в финалах чаще всего встречаются команды Кыргызстана и Казахстана. Что стало бы для вас главным доказательством того, что кок-бору действительно вышел на мировой уровень?
— Приведу пример из дзюдо. Когда японских спортивных функционеров спрашивают, как они относятся к тому, что финал Олимпийских игр выигрывает не японец, они отвечают, что радуются этому. Для меня было бы большим счастьем, если бы однажды финал выиграла сборная Венгрии или США. Это означало бы, что кок-бору вступил в новую эпоху и действительно развивается в мировом масштабе.
— Что бы вы сказали молодому спортсмену, который только начинает играть в кок-бору и мечтает попасть в профессиональную лигу?
— Таких ребят много. Когда я приезжаю в регионы, они подходят, здороваются и спрашивают: «Можно мне попасть в профессиональную лигу?» Я всегда отвечаю, что это большой спорт и отбор здесь очень строгий. Но если ты действительно горишь этой игрой, много работаешь и достоин профессионального уровня, то обязательно получишь свой шанс.
Через несколько лет начнётся неизбежная смена поколений — это естественный процесс. Поэтому у нашей молодёжи сегодня есть большие возможности проявить себя.
— Кувватбек Усенбаевич, благодарю вас за содержательный разговор. Искренне желаю Международной ассоциации кок-бору процветания, а самой игре — дальнейшего развития. Пусть во всех матчах сохраняется спортивный дух, а соперничество на поле всегда сопровождается взаимным уважением и братством. Новых побед Кыргызстану!
— Спасибо!
Фото автора
