За последние годы Африка стала едва ли не главным символом стремительного экономического продвижения Китая. Именно здесь особенно часто звучат разговоры о «скупке континента», долговой зависимости и утрате экономического суверенитета. Однако подобные утверждения обычно строятся на отдельных ярких примерах, тогда как реальная картина значительно сложнее. Чтобы понять, насколько справедливы такие оценки, необходимо прежде всего разобраться, о каких именно формах китайского присутствия идет речь.
Китайские компании строят автомобильные и железные дороги, морские порты, аэропорты, мосты, гидроэлектростанции, линии электропередачи и промышленные предприятия. Во многих африканских столицах появились современные деловые кварталы, правительственные здания, стадионы и транспортные развязки, построенные при участии китайских подрядчиков. Именно эта масштабность и породила ощущение, что Китай постепенно становится хозяином континента. Однако первое, что необходимо сделать, – разделить несколько совершенно разных понятий, которые в общественной дискуссии нередко смешиваются.
Не все, что строится, покупается
Строительство объекта не означает владения им. Кредит не означает покупку актива. Контракт на выполнение работ не означает приобретение территории или предприятия. Между тем именно эти понятия чаще всего объединяют в одно слово – «скупка».
Если китайская компания построила железную дорогу в Кении, если китайский банк профинансировал строительство электростанции в Эфиопии, если китайский подрядчик возвел порт или мост, объекты, как правило, остаются собственностью государства-заказчика. Безусловно, существуют и проекты, где китайские компании становятся инвесторами или владельцами предприятий. Но это уже совершенно другой вид экономической деятельности, который необходимо отличать от кредитования или строительных контрактов. Именно смешение этих понятий и стало одной из главных причин появления тезиса о том, что Поднебесная «скупает Африку».
Китай действительно главный инвестор?
Еще одно распространенное убеждение заключается в том, что Пекин уже давно стал крупнейшим иностранным инвестором на африканском континенте. На первый взгляд это кажется очевидным. Масштаб китайских проектов действительно впечатляет. Однако статистика показывает более сложную картину.
Китай сегодня является крупнейшим торговым партнером Африки. По объему взаимной торговли он опережает большинство других государств мира. Но торговля и инвестиции – разные экономические категории. Так, по накопленным прямым иностранным инвестициям ситуация выглядит значительно менее однозначной. Существенные позиции на африканском рынке продолжают сохранять европейские страны, прежде всего Великобритания, Франция и Нидерланды, а также США и государства Персидского залива. Значительные объемы капитала поступают и из самой Африки – через южноафриканские, нигерийские, марокканские и другие региональные компании. Иными словами, утверждение о том, что Китай «скупил» Африку, не подтверждается структурой иностранных инвестиций. Китай – один из крупнейших игроков, но далеко не единственный и не всегда доминирующий.
Другая причина распространенного заблуждения связана с тем, что китайские проекты значительно заметнее многих других. Железную дорогу, новый порт или мост невозможно не увидеть. Они становятся символами сотрудничества и постоянно присутствуют в информационном пространстве. Финансовые инвестиции в банки, телекоммуникации, страхование или сферу услуг гораздо менее заметны широкой аудитории, хотя по объему могут быть сопоставимыми.
Что именно приобретает Китай?
Было бы неверно утверждать, что Китай в Африке только строит и кредитует. Китайские компании действительно активно приобретают активы на континенте. Однако именно здесь особенно важно не подменять факты громкими формулировками.
Прежде всего Пекин заинтересован в проектах, связанных с сырьевыми ресурсами. Китайские корпорации инвестируют в добычу меди, кобальта, лития, железной руды, бокситов, марганца и других полезных ископаемых. Особенно заметно их присутствие в Демократической Республике Конго, которая располагает крупнейшими в мире запасами кобальта и входит в число ведущих производителей меди. Эти металлы имеют стратегическое значение для производства аккумуляторов, электромобилей и современной электроники.
Китайский бизнес активно участвует и в нефтегазовых проектах. Государственные и частные компании работают в Анголе, Нигерии, Южном Судане, Алжире и ряде других стран. Помимо добычи углеводородов они инвестируют в строительство нефтепроводов, нефтехранилищ и перерабатывающих предприятий.
Еще одно важное направление – промышленность. Китайские инвесторы возводят цементные заводы, металлургические предприятия, текстильные фабрики, индустриальные парки и сборочные производства. В последние годы заметно вырос интерес и к цифровой экономике. Китайские компании участвуют в развитии телекоммуникационных сетей, строительстве центров обработки данных и внедрении современных систем связи.
Отдельную группу составляют логистические проекты. Китайские компании инвестируют в контейнерные терминалы, складские комплексы и портовую инфраструктуру. Однако и здесь следует различать строительство, управление и право собственности. Во многих случаях речь идет о концессиях, долгосрочной аренде или долевом участии в управлении, а не о приобретении самих портов.
При этом Китай вовсе не является единственным зарубежным инвестором в Африке. Канадские и австралийские компании традиционно сильны в горнодобывающей отрасли. Французский бизнес занимает прочные позиции в банковском секторе, энергетике и телекоммуникациях. Американские компании работают в нефтегазовой отрасли, сельском хозяйстве, информационных технологиях и финансовых услугах. Все активнее действуют инвесторы из Индии, Турции и государств Персидского залива.
Показателен пример Демократической Республики Конго. Сегодня китайские компании действительно контролируют значительную часть добычи меди и кобальта. Однако этого они добились не потому, что получили месторождения в обмен на кредиты. В большинстве случаев речь шла о покупке долей в уже существующих проектах или приобретении активов у других международных компаний. Иными словами, происходили обычные рыночные сделки, характерные для мировой горнодобывающей отрасли.
И все же громкое выражение «Китай скупает всю Африку» оказалось весьма живучим, оно давно превратилось в политический штамп. Оно удобно, потому что сводит сложную картину к одной эмоциональной формуле. В действительности Африка остается ареной жесткой экономической конкуренции, где наряду с Китаем активно работают западные страны, Индия, Турция и государства Персидского залива.
Курманбек МАМБЕТОВ,
«Кыргыз Туусу».
